Еще полчаса — и от "Любезного Омара" осталось бы только печальное воспоминание. Однако волнение прекратилось так же неожиданно как и началось. Выглянуло солнце. Снова стало тепло. Зато наступил полнейший штиль. Паруса безжизненно повисли, и корабль стал покачиваться на затихавшей волне, нисколько не подвигаясь вперед.

Хоттабыч решил, что ему представился удобный случай поправить пошатнувшиеся отношения со своими спутниками. Радостно потирая руки, он сказал:

— Штиль? Да будет вам известно, о великодушные и справедливые отроки, что штиль для нас — сущая чепуха. Мы прекрасно обойдемся и без ветра. Сейчас "Любезный Омар" помчится еще быстрее прежнего... Да будет так!

И он щелкнул пальцами левой руки.

Тотчас же "Любезный Омар" с бешеной быстротой рванулся вперед, причем паруса, встретив сопротивление воздуха, естественно, надулись в направлении, обратном ходу корабля.