— Откуда такие озорные старики берутся, ума не приложу! — вздохнула Катя и снова всхлипнула.

— Какой-нибудь дореволюционный гипнотизер, — жалостливо сказала ее храбрая подруга. — Наверно, пенсионер. Соскучился, выпил, может быть, лишнего... Много ли такому старичку требуется!

— Да-а-а, — присоединилась к ее мнению кассирша, — старость не радость... Пойдемте, девушки, в помещение!..

Но, очевидно, на этом не суждено было кончиться сегодняшним злоключениям. Лишь Волька с Хоттабычем вышли на улицу Горького, в глаза им ударил ослепительный свет автомобильных фар. Казалось, прямо на них мчалась оглашая вечерний воздух пронзительной сиреной, большая санитарная машина.

И тогда Хоттабыч страшно изменился в лице и громко возопил:

— О горе мне, старому и несчастному джинну! Джирджис, могучий и беспощадный царь шайтанов и ифритов, не забыл нашей старинной вражды, вот он и наслал на меня страшнейшее из своих чудовищ!