— Ты ничего не понял!.. — не на шутку испугался Волька за официантку. — Хоттабыч, я же тебе русским языком говорю, что...

Но тут он вдруг с ужасом почувствовал, что лишился дара речи. Он хотел броситься между стариком и все еще ничего не подозревавшей девушкой, но не мог пошевельнуть ни рукой, ни ногой.

Это Хоттабыч, чтобы Волька ему не мешал в том, что он считал делом своей чести, легонько прищемил большим и указательным пальцами левой руки мочку Волькиного правого уха и тем обрек его на молчание и полную неподвижность.

— Как ты ответила на приказание моего юного друга? — повторил он, снова обращаясь к официантке.

— Я вас не понимаю, гражданин, — вежливо отвечала ему девушка. — Приказания никакого не было. Была просьба, и я пошла ее выполнять. Это во-первых. А во-вторых, у нас не принято "тыкать". У нас принято обращаться к незнакомым людям на "вы". И меня удивляет, что вам это неизвестно, хотя это известно любому культурному советскому человеку.